Приметы времени

С возрастом мир вокруг нас становится всё более куцым, съеживается, как шагреневая кожа, и к финишу для большинства уменьшается до размеров телевизионного экрана. Но этого мало, он – мир – становится всё более привычным и узнаваемым. Всё меньше вещей в нем способны нас удивить, расшевелить, оторвать от кресла.

Помните Ипполита из «Иронии судьбы»: «Как скучно мы живём! В нас пропал дух авантюризма! Мы перестали лазить в окна к любимым женщинам, перестали делать большие хорошие глупости!». Да что – в окна, мы и по заборам давно не лазим…

Пожарная часть за металлической оградой с высокой, облезлой каланчой посередине – пожалуй, единственное, что осталось без изменений во дворе, где прошло всё моё школьное детство. Вон там, у трамвайных путей, где сейчас за синим железным забором строится очередной бизнес-центр (живучие, гады, как крысы – и кризисы их не берут!) стояли частные (или личные – тогда же ещё не было ничего частного?) гаражи, залезать на крыши которых было нашим излюбленным занятием. Сердитые дядьки – хозяева выбегали, заслышав шаги у себя над головой, и тогда начиналось то самое, ради чего всё и затевалось: дядька кричал благим и не очень матом, грозно потрясая монтировкой и карауля тебя внизу, как волк – зайца, а ты мчался, что было духа, по крыше к краю последнего гаража. Дядька, страшно матерясь, бежал снизу вровень с тобой, предвкушая твою жесткую посадку…

Но ты делал несколько крутых виражей в одну и другую сторону – и грузный волк не поспевал за шустрым зайцем, отставал. Дальше – дело техники. На бегу намечал сугроб побольше для приземления и, используя образовавшийся отрыв от преследователя, сигал в него с крыши – метра два с половиной. Ещё надо было успеть, преодолевая сопротивление снега, выскочить из сугроба, обдав на прощание снежной волной забывшего своё детство дядьку, и удрать из-под самого его носа. Не так весело всё могло закончиться, если из гаражей одновременно выскакивали несколько «волков»…

Ограда «пожарки» была (и осталась) из стальных кольев, через которые был виден её двор и всё, что на нем находилось. Но визуальная её доступность только разжигала любопытство – мир за стальным забором был иным миром и притягивал своей инаковостью… Да, конечно, я понимал, что это тебе не с гаражей в сугроб прыгать – перелезая через ограду, ты оказываешься в ловушке и в случае обнаружения и погони, фактически, обречен на пленение – но разве такой скучный здравый смысл способен остановить полет воображения девятилетнего человека?..

Затея моя обернулась полным конфузом. Даже не поимкой пожарниками – гораздо хуже. Добравшись до острых наконечников кольев забора и пытаясь перелезть через них на ту сторону, я сорвался, зацепился подолом пальто за колья и беспомощно повис на них, как плюшевая обезьянка на зеркальце автомобиля. Провисев в таком положении долго ли – коротко ли, я был снят с забора проходящим мимо мужчиной, а дома получил взбучку за порванное пальто…

За трамвайными путями начиналась местность совсем уже дикая и неизведанная. Долгое время мы лишь со слов старших ребят знали, что там течет речка «Фонтяловка» – так, во всяком случае, называлась она на местном диалекте нашего двора. Помню, как однажды мы пошли туда за большими ребятами ловить тритонов. «Речка» была шириной меньше метра и, наверное, такой же глубины, но тритоны в ней действительно были – мы наблюдали, как старшие ловили их сачками… Теперь мне даже не вспомнить, где она находилась – кругом сплошные бизнес-центры за заборами…

В двух кирпичных избушках, стоящих напротив друг друга в самом центре двора, тогда были ясли и детский сад. Теперь – учреждения под строгими вывесками, начинающимися со слов «Мэрия Санкт-Петербурга»… В помещении бывшего «Красного уголка» теперь – кукольный театр, и это единственное изменение, не вызывающее у меня возражений. Он действительно большой – двор моего детства, хотя и не настолько большой, как казалось тогда. Он уже почти совсем не похож на тот двор, что я помню и каждая замеченная в нем перемена всё больше отдаляет меня от детства…

Я теперь и сам уже совсем взрослый мальчик и всё могу понять. Конечно, нужное дело – облагораживать и застраивать пустыри, сносить некрасивые, кривые гаражи и даже строить на их месте бизнес-центры. И я верю, что ясли и детский сад не отобрали у детей и родителей строгие люди из мэрии, а просто они опустели сами собой, ввиду резкого снижения рождаемости. Всё понимаю и верю в благие намерения этих людей…

И, все-таки, маленькая речушка, в которой водятся тритоны, ненароком, случайно «забытая» среди – будь они неладны! – бизнес-центров из стекла и бетона, наверняка не обрушила бы экономику великой державы, но, может быть, сделала бы нескольких её граждан чуть-чуть добрее и духовно богаче. Потому что не время отдаляет нас от детства, а приметы времени. Но этого не объяснишь строгим дядям и тетям, сидящим в избушках под грозными вывесками.